Синтоистский храм Ясукуни находится недалеко от района Итигая, что в центре Токио на одноимённой улице. Его массивные деревянные ворота, украшенные хризантемами (символ императорской власти и по совместительству герб Японии), охраняют грозные каменные львы с довольно развитой мускулатурой. И вообще, храм несколько выпадает из общей череды виденных мною синтоистских святилищ, оказавшись на территории которых чувствуешь разливающееся в воздухе умиротворение и спокойствие. Здесь всё несколько по-другому. И на это есть свои причины.

Храм известен тем, что здесь покоятся души всех воинов (именно всех, а не только тех, чей прах захоронен на территории Ясукуни-дзиндзя), сложивших головы в боях за свою страну. Учитывая неоднозначное отношение к милитаристскому прошлому, как в самой Японии, так и особенно за её пределами(а если быть более точным, то в странах Юго-Восточной Азии, наиболее пострадавших от японской агрессивной политики первой половины прошлого века), за храмом закрепилась слава довольно скандального места. Чего стоили официальные посещения его стен прежним премьер-министром Коидзуми, поставившие на грань разрыва дипломатические отношения Японии с Китаем и Южной Корей. Меня тогда ещё поразила импульсивность внешне спокойных китайцев и корейцев, сжигающих чучела премьера, похожего на Ричарда Гира, белые флаги с красным солнцем посредине, забрасывающие, чем ни попадя посольства и консульства Японии в своих странах.

Может зря они так. Храм довольно красивый, есть, что посмотреть, - сразу налево от входа довольно любопытное место. В память о воинах в длинной застеклённой галерее выставляются постоянно обновляемые цветочные композиции, более известные всем, как икебана. Зрелище очень поэтичное. Многие приходят сюда, чтобы полюбоваться мастерством флористов. Хотя нынешний премьер, - не думаю, что он совершенно не питает интереса к цветочным аранжировкам, - скорее дабы не искушать будущее отношений с соседями, официально заявил, что воздержится от посещения Ясукуни. Но, повторюсь, и без официальных делегаций здесь всегда многолюдно.

Но в этот раз моё внимание привлекла не икебана, а старик в военной форме времён Второй мировой, который держа в руках флаг (почему-то очень похожий цветами на итальянский), исполнял напротив святилища «Кими га ё», - гимн Японии, вокруг которого также сломано немало копий. Прославляющая императора песня была государственным гимном и в военный период. Поэтому и сегодня среди японцев многие отказываются приветствовать её исполнение вставанием, демонстративно оставаясь сидеть на местах. Что ни говори, непросто в этой стране с символами.

Глядя на старика, я проникся довольно странным чувством. Мне подумалось, что солдату, проигравшему войну, тому, кого заставили забыть о ней, устыдиться своего прошлого, должно быть непросто отдавать дань памяти своим погибшим товарищам в окружении фотографирующих, снисходительно улыбающихся и даже откровенно посмеивающихся соотечественников. Последние-то уж точно забыли то страшное время, а скорее и не помнят его вовсе. Старик невозмутимо исполнил гимн, аккуратно сложил флаг, и пошёл, стараясь держать строевой шаг, насколько я мог видеть, в сторону одного из питейных заведений расположенных неподалёку. Как-то уж очень по нашему…

Но, выходя из храма, уже проходя под его циклопическими воротами-тории, я представил себе немного другую картину. А что если бы такая же сцена была бы увидена мною в Германии, где старик был бы одет в фашистскую форму, а в руках у него был бы флаг со свастикой. Наверное, с этого момента я стал несколько лучше понимать чувства корейцев и китайцев…

Храм известен тем, что здесь покоятся души всех воинов (именно всех, а не только тех, чей прах захоронен на территории Ясукуни-дзиндзя), сложивших головы в боях за свою страну. Учитывая неоднозначное отношение к милитаристскому прошлому, как в самой Японии, так и особенно за её пределами(а если быть более точным, то в странах Юго-Восточной Азии, наиболее пострадавших от японской агрессивной политики первой половины прошлого века), за храмом закрепилась слава довольно скандального места. Чего стоили официальные посещения его стен прежним премьер-министром Коидзуми, поставившие на грань разрыва дипломатические отношения Японии с Китаем и Южной Корей. Меня тогда ещё поразила импульсивность внешне спокойных китайцев и корейцев, сжигающих чучела премьера, похожего на Ричарда Гира, белые флаги с красным солнцем посредине, забрасывающие, чем ни попадя посольства и консульства Японии в своих странах.
Может зря они так. Храм довольно красивый, есть, что посмотреть, - сразу налево от входа довольно любопытное место. В память о воинах в длинной застеклённой галерее выставляются постоянно обновляемые цветочные композиции, более известные всем, как икебана. Зрелище очень поэтичное. Многие приходят сюда, чтобы полюбоваться мастерством флористов. Хотя нынешний премьер, - не думаю, что он совершенно не питает интереса к цветочным аранжировкам, - скорее дабы не искушать будущее отношений с соседями, официально заявил, что воздержится от посещения Ясукуни. Но, повторюсь, и без официальных делегаций здесь всегда многолюдно.
Но в этот раз моё внимание привлекла не икебана, а старик в военной форме времён Второй мировой, который держа в руках флаг (почему-то очень похожий цветами на итальянский), исполнял напротив святилища «Кими га ё», - гимн Японии, вокруг которого также сломано немало копий. Прославляющая императора песня была государственным гимном и в военный период. Поэтому и сегодня среди японцев многие отказываются приветствовать её исполнение вставанием, демонстративно оставаясь сидеть на местах. Что ни говори, непросто в этой стране с символами.
Глядя на старика, я проникся довольно странным чувством. Мне подумалось, что солдату, проигравшему войну, тому, кого заставили забыть о ней, устыдиться своего прошлого, должно быть непросто отдавать дань памяти своим погибшим товарищам в окружении фотографирующих, снисходительно улыбающихся и даже откровенно посмеивающихся соотечественников. Последние-то уж точно забыли то страшное время, а скорее и не помнят его вовсе. Старик невозмутимо исполнил гимн, аккуратно сложил флаг, и пошёл, стараясь держать строевой шаг, насколько я мог видеть, в сторону одного из питейных заведений расположенных неподалёку. Как-то уж очень по нашему…
Но, выходя из храма, уже проходя под его циклопическими воротами-тории, я представил себе немного другую картину. А что если бы такая же сцена была бы увидена мною в Германии, где старик был бы одет в фашистскую форму, а в руках у него был бы флаг со свастикой. Наверное, с этого момента я стал несколько лучше понимать чувства корейцев и китайцев…
